Вилен Исаакович Гарбузов профессор, заведующий Центром лечения неврозов у детей

Великое чудо рождения человека никогда и никого не оставляло равнодушным. В этом подвиге – великая гордость женщины. Муки родов поднимают ее до уровня Богоматери. И она, пройдя через страдания родов, обретает милосердие, особенное, женское сострадание. Она после этого становится естественно миролюбивой и по-женски, по-матерински мудрой. И об этом писали, пишут и будут писать всегда писатели и поэты. Однако есть и другой аспект чуда рождения человека. Вполне вероятно, что некие глубинные переживания и некие последствия этих переживаний присущи и ребенку, рождающемуся на свет. Можно предположить, что у плода есть жажда рождения и жажда обретения свободы, как есть и переживание страха рождения.

Еще в далеком прошлом полагали, что рожденные путем кесарева сечения – отважны, поскольку не знали страха в родах. Зигмунд Фрейд считал, что страх, испытанный рождающимся, -первый великий страх, остающийся у человека в его подсознании на всю жизнь. И тревожность, робость многих – отсюда, как “комплекс родов”.

Известный психолог и психотерапевт Станислав Гроф разработал концепцию переживаний плода в период родов и влияния этих переживаний на формирование личности в последующем. В ней есть понятие “ада”: мук, страха, когда ребенок сжат, сдавлен, скручен, испытывает удушье, влеком фантастическими силами через “туннель”, вначале без света, а потом со светом в конце пути. И есть в концепции Грофа и понятие “рая”, когда ребенок родился, и яркий свет для него – космос, освобождение, жизнь после угрозы смерти.

Концепция Грофа отнюдь не общепринята, весьма специфична, вызывает сомнения и у меня. Но рациональное зерно в ней есть, ибо она привлекает внимание к событию, несомненно имеющему огромное значение не только для физического здоровья человека, но и для его психики.

Акт родов – звездный час человека. Если он нормален, значит, и жизнь человека началась благополучно.

Лишь дважды в жизни я рыдал, рыдал от счастья – когда родились мои внуки. Лишь дважды в жизни я использовал свое положение известного врача. Использовал эгоистично, настырно, и оба раза для того, чтобы было проявлено особое внимание к моей рожающей дочери, к моим рождающимся внукам. И пошел на это как раз потому, что знал -это звездный час, от которого зависит судьба человека!

И я всем и каждому говорю: когда рождается ваш сын или ваша дочь, ваш внук или ваша внучка – родильный дом становится для вас храмом, абсолютным центром вашего внимания. И следует сделать все возможное и невозможное, чтобы в этот миг вокруг роженицы были квалифицированные, заинтересованные и добрые специалисты. А великий, светлый труд их должен быть оценен и вознагражден максимально! Широко известна “врожденная детская нервность” – невропатия. Я писал о невропатии в книгах “Нервные дети и их лечение”, “Нервные дети”. Я утверждал, что причины ее в стрессах, пережитых беременной женщиной.

Теперь к этому добавлю – и в стрессе, который пережил рождающийся.

Невропатия характеризуется повышенной чувствительностью, обидчивостью, ранимостью, требовательностью и агрессивностью ребенка, его беспокойностью, плаксивостью, склонностью к плохому настроению, к депрессивным переживаниям. Невропат настолько выматывает родителей, что нередко они отказываются иметь второго ребенка, заявляя: “Второй раз мы уже не выдержим подобного кошмаpa!”

Лишь к пяти годам такой ребенок созревает для детского садика; лишь к восьми годам он успокаивается, но повышенная нервность, эгоистичность, сверхчувствительность к обидам сохраняется у него на всю жизнь.

Создается впечатление, что ребенок-невропат как будто мстит своей матери и своему отцу за что-то. Они безмерно его раздражают, как бы хорошо они к нему ни относились. Он во всем поступает наоборот, отметая просьбы и увещевания родителей, не дослушав их.

Я давно изучаю проблему невропатии и все более склоняюсь к мысли, что ребенок как бы мстит своей матери за трудные роды, а отцу ,за то, что он не пришел на помощь в это время!

Вот так, драматично встает перед нами проблема “стресса рождения”. В ней я вижу три этапа: период до родов, период родов и период после родов. В период до родов очень важен настрой беременной женщины. Если она любима мужем и жаждет родить ему здорового и красивого ребенка, если ее мать и отец, как и мать и отец мужа, радостно ждут внука или внучку, если она сама настроена оптимистично, психологическая почва для благоприятных родов готова. Кто знает, может быть, и плод как-то ощущает, что его с нетерпением ждут, и в свою очередь стремится к звездной встрече с родителями и близкими. При другом – отрицательном – настрое близких его, возможно, страшит эта встреча. Она не сулит ему ничего хорошего, поскольку впереди у него самое горькое на свете – неприятие своими родителями, депривация родительской любви, то есть ее отсутствие. И тогда он не стремится к рождению в урочный час, его лишь грубо выталкивают на свет Божий мышцы матки… Вот так складываются благоприятные условия периода до родов. Остается только помочь роженице снять с себя оковы страха перед самими родами. И в хорошем роддоме должен быть психотерапевт, а если роженица с самого начала знает, что попадет в хороший роддом – это уже само по себе психотерапевтично! Второй период – роды. Роженица не должна быть брошена на произвол судьбы, не должна оставаться одна. Как только начался процесс родов, от нее уже не отходят. Я тысячу раз слышал от женщин, как они рожали, охваченные ужасом, а врач, акушерка либо вовсе отсутствовали, либо были заняты с другой роженицей. Если врач рядом – страха нет. Встает и вопрос о присутствии мужа при родах. Думаю, что это немаловажно. Объясню, почему.

Во-первых, присутствие мужа ободряет роженицу. Она верит ему. Он -мужчина. Он, если надо, поможет быстро и решительно вмешаться, добьется вызова еще одного специалиста, поднимет всех на ноги. Один только взгляд на него – и он что-то подправит, принесет, уберет, поддержит, поможет. Его ни о чем не стыдно попросить. Он -родной. И роды настолько же его, как и ее!

Во-вторых. Рождение ребенка, когда – о чудо! -показалась головка ребенка, и вот она уже освобождена, и вот он уже весь вышел и закричал, да еще и открыл глаза – потрясает мужчину! Этот миг он не забудет никогда. Он теперь дважды отец своего ребенка: и генетическим отцовством, и, в сущности, участием в родах, этим драматическим запечатлением появления ребенка на свет. И когда-нибудь он скажет своему ребенку: первым держала тебя в руках акушерка, вторым был я…

В-третьих, ничто так не сблизит мать и отца ребенка, как этот миг рождения. Ведь мужчина увидит своими глазами великий подвиг женщины, великое ее деяние -рождение человека. Для мужчины, присутствовавшего при родах, слова “это мать моих детей” наполнены особым абсолютным смыслом. И наконец период после родов. У немцев есть термин “пятидесятница”. Пятьдесят дней после родов женщина отдыхает, и вся семья помогает ей, давая возможность восстановить силы. Но и ребенок, на мой взгляд, после стресса рождения -”пятидесятник”.

В квартире, где живет новорожденный, первые два месяца после рождения должно быть тихо. И разговоры, и звук телевизора приглушены, и окна занавешены так, чтобы не слышно было шума улицы. В комнате, где он отдыхает, не нужен яркий свет. Петли дверей должны быть смазаны во избежание скрипа, а по квартире ходят только в мягкой обуви. Даже собаке надо внушить, что в квартире с новорожденным не лают! Короче, после стресса рождения -никаких новых стрессов в течение двух месяцев.

А вот потом следует сделать все, чтобы младенцу понравилось жить на этом белом свете. И теперь освещение – полное, краски – разные, не обязательно яркие. Только не серые, символизирующие безразличие ко всему, не черные, символизирующие отрицание, не коричневые – безнадежность и одиночество, не фиолетовые – побег от реальности.

Теперь пусть больше ему улыбаются, больше уделяют внимания. И мальчика и девочку до года пусть побольше держит на руках отец. Он не носил ребенка в себе, и теперь пришло время восполнить это “недоразумение” – ведь и он родитель. И это не шутка. Так отец сблизится со своим ребенком, придаст ему смелость после пережитого страха родов. Так он усилит неосознаваемое чувство родства: если мать носила ребенка “в себе”, то он, отец, носит ребенка “на себе”. И это одно и то же – родительская близость, благодать и высшее на земле единство двух людей.

Самое универсальное, самое сильное противоядие от пережитого неприятного, неблагоприятного – радость. Древневосточная медицина указывает, что поддерживает сердце только радость, а сокрушает его отсутствие радости. Для ребенка радость важнее всего остального на свете.

И когда ребенок играет, радуясь, пусть шумно, пусть не вовремя – не только не мешайте ему, но и всячески способствуйте ему в поисках радости.

Не бойтесь уделять ему внимание, играть с ним, дарить подарки. А основное условие окончательного преодоления ребенком стресса рождения – любовь к нему, любовь истинная, глубокая, безусловная, любовь к нему такому, какой он есть. И скажу ответственно: не преодолевают стресс рождения и порождаемую им неосознаваемую антипатию к родителям те, кто имел мало радостей в детстве, те, кого не любили родители. Именно из этих детей часто формируются трудные подростки, а потом асоциальные взрослые…

А закончу я эту статью пожеланием, пусть даже звучащим патетически: “Добрых вам родов, женщины! И пусть поможет вам в этом Бог!”